Декстер Морган открывает глаза. Мир медленно собирается из размытых пятен, звуков, запахов больницы. Кома отпускает его нехлопнувшей дверью — тихо, оставляя за собой зияющую пустоту. И первое, что приходит в проясняющееся сознание — Гаррисона нет. Сына нет рядом. Ни записочек, ни следов, лишь холодное, безмолвное пространство, где должен был быть он.
Эта пустота обжигает сильнее любой физической боли. Декстер садится на койке, и в нём просыпается нечто давно забытое — чистое, неконтролируемое чувство. Страх. Не за себя. За него. За мальчика, который остался один наедине с миром и с той самой тьмой, которую Декстер знает слишком хорошо. Он представляет глаза Гаррисона — испуганные, потерянные — и это становится последней каплей. Решение созревает мгновенно, твёрдо, как сталь. Нью-Йорк. Он едет в Нью-Йорк.
Город встречает его оглушительным гулом, равнодушный и огромный. Здесь легко затеряться, но Декстер не ищет анонимности. Он ищет сына. Каждый день превращается в методичный поиск: вокзалы, дешёвые мотели, районы, где можно раствориться. Он задаёт вопросы, смотрит на фотографию, ловит себя на мысли, что ищет в толпе не просто мальчика, а своё отражение — юное, хрупкое, несущее тот же груз.
Но прошлое не дремлет. Оно настигает его в лице Анхеля Батисты. Знакомое лицо, добрые, уставшие глаза, теперь смотрящие на Декстера с настороженностью. Встреча случайна — возле закусочной в Бруклине. «Декстер? Чёрт возьми, это правда ты?» — голос Батисты полон искреннего изумления, но в нём уже зреют вопросы. Невинный разговор о жизни быстро перерастает в нечто большее. Анхель не спрашивает прямо о Майами, о старых делах, но его взгляд говорит достаточно. Он чувствует. Чувствует, что что-то не так. Прошлое, как тень, встаёт за спиной Декстера, напоминая, что от себя не убежишь.
Тем временем Гаррисон тоже здесь, в этом каменном лабиринте. Он пытается выжить, пытается справиться с хаосом внутри. Его тьма — молодая, необузданная, пугающая его самого. Он избегает людей, боится собственных мыслей, ищет спасения в одиночестве, но город не даёт спрятаться. Отец и сын, сами того не зная, движутся по параллельным линиям в одном и том же городе, раздираемые схожими демонами.
Их воссоединение не будет драматичной сценой. Это произойдёт в сером, безликом сквере, где Декстер наконец заметит знакомую сутулую фигуру на скамейке. Ни объятий, ни слёз. Просто тихое: «Гаррисон». И взгляд, в котором смешались облегчение, вина и понимание. Теперь они вместе. Но это не конец. Это лишь начало нового витка.
Покой — иллюзия. Нью-Йорк, этот вечно бодрствующий гигант, начинает закручивать их в свой водоворот. Появляются намёки на старые связи, на людей, которые не забыли Декстера из Майами. Возникает ситуация — опасная, неожиданная, которая ставит их обоих перед выбором: бежать снова или встретить угрозу лицом к лицу. Бегство уже не вариант. Оно привело их сюда. Остаётся только один, самый трудный путь — пройти через это. Не рядом, а вместе. Довериться друг другу, принять свою природу и найти в ней не только проклятие, но и странную, искривлённую опору. Их битва только начинается, и исход её неизвестен. Но впервые за долгое время у Декстера есть не просто кодекс, а причина. А у Гаррисона — не просто призрак отца, а живой человек рядом, готовый сражаться за него в этом никогда не спящем городе.
