В подземном городе, уходящем на сотни метров вглубь земли, обитает последнее человечество. Четырнадцать тысяч душ нашли пристанище среди металлических стен и гудящих систем жизнеобеспечения. Снаружи, как гласят хроники и ежедневные трансляции, лежит мёртвая земля. Воздух отравлен, небо затянуто вечной пеленой пепла. Верить в это — основа основ, первая заповедь, высеченная в сознании с детства.
Информационный поток льётся с гигантских панелей, развешанных на центральных плазах каждого сектора. На них — статичные картинки пустошей, снятые внешними объективами. Однообразный серый рельеф, ни движения, ни признака жизни. Эти образы становятся фоном существования, незыблемым доказательством того, что иного пути нет. Сомневаться бессмысленно, а желать выхода — преступно.
Правила здесь просты и жёстки. Их не обсуждают, их соблюдают. Главный закон, который знает каждый от мала до велика: граница между подземным миром и поверхностью непреодолима. Двери шлюзов запечатаны не только механическими замками, но и вековым страхом. Нарушение карается немедленным изгнанием в верхние, заброшенные уровни, что равносильно смерти.
Жизнь идёт по чёткому распорядку. Смена дежурств у гидропонных ферм, обслуживание фильтров, ремонт проводки. Общество разделено на гильдии — инженеры, медики, хранители архивов. Развлечений мало, но есть библиотеки оцифрованных книг и даже подобие кафе, где подают синтезированный кофе. Люди женятся, рожают детей, спорят о мелочах. Иногда кто-то тихо спрашивает у друга: "А что, если камеры показывают не всё?" Шёпот быстро затихает в гуле вентиляции.
Дети в школах изучают не историю Земли, а технические мануалы и карту бункера. Старшие иногда вспоминают легенды о солнце, траве, дожде — но это звучит как сказки про драконов. Реальность — это стойкий запах озона, вибрация генераторов и вечно мигающие лампы дневного света. Мечтать о большем не принято. Выживание — единственная достойная цель.
Так изо дня в день, год за годом. Система работает чётко, сбои быстро устраняются. Кажется, так будет всегда. Пока однажды в секторе 7-Г не гаснет экран. Всего на несколько минут. Но когда изображение возвращается, самый внимательный техник замечает деталь, которой раньше не было. На мёртвом камне у края трансляции лежит свежий, зелёный лист.
