Вернувшись домой после службы, Данила Багров с трудом узнавал знакомые улочки. Армейская жизнь, четкая и предсказуемая, осталась позади. Теперь его ждали лишь тихие, засыпающие к вечеру дворы, разговоры у подъезда и ощущение, что время здесь застыло. Эта размеренность, которая когда-то казалась уютной, теперь душила. Он ловил себя на мысли, что скучает даже по армейской муштре — там, по крайней мере, что-то происходило.
Мысли все чаще возвращались к старшему брату, уехавшему в Петербург несколько лет назад. От него приходили редкие, но яркие открытки с видами роскошных дворцов и невских набережных. В семейных разговорах Виктор упоминался с придыханием: мол, человеком стал, при деньгах ходит, бизнес у него серьезный. Эти истории, обрастая новыми деталями, складывались в притягательную легенду о другом мире — мире возможностей, скорости и настоящей жизни. Для Данилы, задыхавшегося в провинциальной тишине, этот образ стал маяком.
Решение созрело внезапно. Собрав нехитрые пожитки и простившись с матерью, Данила отправился в северную столицу. Дорога казалась бесконечной, а сам город, когда он наконец вышел на вокзале, оглушил его шумом, суетой и масштабом. Он чувствовал себя крошечной песчинкой в этом каменном водовороте. Поиски брата оказались нелегкими. Старые адреса не вели ни к чему, телефонные номера больше не существовали. Данила обходил строительные площадки, рынки, расспрашивал земляков — тех немногих, кого удавалось найти в огромном городе.
Встреча, когда она наконец произошла, была не такой, как он представлял. Виктора он нашел не в дорогом ресторане и не в шикарном офисе, а в полутемном кафе на окраине. Брат изменился — взгляд стал жестким, движения экономными и точными. Радость от встречи была искренней, но сквозь нее проглядывала какая-то настороженность, усталость. Виктор расспрашивал о доме, о матери, но о своей жизни говорил уклончиво, общими фразами: "Делаю бизнес", "Решаю вопросы".
Правда открылась постепенно, кусок за куском, как страшная мозаика. Случайно услышанный разговор по телефону, непонятные поручения, которые Виктор давал своим молчаливым товарищам, странная "работа" по ночам. Однажды Данила нашел в квартире брата спрятанный пистолет. Все сомнения рухнули, когда он стал невольным свидетелем одного "дела". Он увидел не успешного предпринимателя, а холодного, расчетливого профессионала, для которого человеческая жизнь стала разменной монетой. Мир, который манил его из провинции, оказался не сияющим дворцом, а темным лабиринтом, где его родной человек стал тенью.
Осознание этого раздавило Данилу. Он ехал в Петербург за братом, за опорой, за кусочком той большой жизни. А нашел чужого, опустошенного человека, запертого в клетке собственного выбора. Теперь ему предстояло сделать свой. Остаться в этом новом, жестоком мире, приняв его правила, или попытаться найти свою, другую дорогу, когда образец, на который он равнялся, рассыпался в прах. Тишина родного городка вдруг уже не казалась такой удушающей, но пути назад, простого и ясного, больше не существовало.
